Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

Парад казаков в Краснодаре 25 апреля 2015 г.

Парад казаков в Краснодаре
(путевые заметки)

Из Севастополя в Краснодар я приехала рейсовым автобусом утром 25 апреля. До поезда оставалось двенадцать часов. Целый день! Но разве я могла предположить, что день пролетит незаметно и оставит в памяти незабываемые впечатления.
Утро выдалось солнечным и теплым. Неспешно следуя по улице Мира (с уточнением на табличках: «В Екатеринодаре – улица Екатерининская»), ведущей в центр кубанской столицы, я увидела вдали золотящийся купол храма.
За красивыми воротами ажурной ковки в центре уютного двора высился монументальный краснокирпичный семипрестольный Свято-Екатерининский кафедральный собор, возведенный поистине на века, с надписью над центральным входом «Святая великомученица Екатерина, моли Бога о нас» и ликом святой. Внутри под величественными сводами среди множества икон я увидела образ святого Луки Крымского – словно в одном из наших крымских храмов.
А на центральную улицу Красную съезжались автобусы с казаками. Как выяснилось, они прибыли на исторически значимое мероприятие – 24-ю годовщину возрождения казачества. 26 апреля 1991 года Федеральным законом «О реабилитации репрессированных народов» на государственном уровне было реабилитировано и кубанское казачество, подвергшееся массовым репрессиям в 20-30-е годы прошлого века.
Колонны казаков дружно выстраивались у войскового Александро-Невского храма. В этом храме, построенном в XIX веке, хранились регалии Кубанского казачьего войска, а также был создан войсковой певчий хор – предтеча нынешнего всемирно известного Кубанского казачьего хора.
Храм был взорван в 1932 году и восстановлен в 2006-м. Возрождаются и давние славные традиции.
После торжественного молебна шеренги казаков (в некоторых четко держали шаг и маленькие казачата) двинулись по улице Красной к Театральной площади, превращенной в этот день в импровизированный зал под открытым небом – по всем сторонам площади располагались ярусы зрительских мест.
Туда можно было попасть только по пропускам, но я решила попытать счастья с удостоверением «Форпоста». Страж порядка был непреклонен: журналисту необходима аккредитация.
И вдруг…
– Севастопольский «Форпост»? Знаю этот сайт.
На мое счастье, рядом оказался Сергей Васильевич Иванов, главный специалист государственного казенного учреждения Краснодарского края «Казаки Кубани». Не раздумывая ни на мгновение, он вручил мне вип-пропуск, с которым я беспрепятственно прошла в самый центр площади и присоединилась к большой группе журналистов. Минута в минуту – ровно в полдень, когда началось действо.
Ни телесюжеты, ни самое захватывающее повествование не сравнимо с личным впечатлением. А восхищал каждый эпизод.
Под звон колоколов взвод Почетного караула торжественно вынес к главной трибуне иконы, знамена и другие регалии Кубанского казачьего войска. А какова одиссея этих регалий! С риском для жизни казаки спасли их в лихолетье гражданской войны, вывезли в Сербию, затем в Турцию, Грецию, Австрию, Германию, и далее – за океан. С 1949 года реликвии хранились в США в казачьем музее города Хоуэлл штата Нью-Джерси. Стараниями Кубанского казачьего войска и правительства Краснодарского края возвращение исторических реликвий началось в 2005 году и продолжалось по 2011-й.
Впечатлил и вынос гирлянды для возложения к Вечному огню.
В кратких речах с высокой трибуны говорилось о казачьей доблести и славе – в том числе и в наши дни.
Мне особенно запомнилась фраза: «Серьезный экзамен кубанские казаки выдержали, откликнувшись на призыв крымчан о помощи. Больше 20 дней в марте 2014 года казаки охраняли правопорядок на улицах Крыма и Севастополя. За несколько дней до референдума, когда в Крыму опасались провокаций, они усилили круглосуточную охрану избирательных участков».
Сразу вспомнились тревожные судьбоносные дни русской весны-2014. Да, казаки с Кубани стали полноправными участниками незабываемых событий. Как и посланцы других городов России. И, руководствуясь всероссийской поддержкой, глава нашего государства вернул Крым и Севастополь на Родину.
Апофеозом праздника стал парад Кубанского казачьего войска.
Восторг на трибунах вызвала конная группа почетного караула на конях, словно сошедших с исторических живописных полотен. Аплодисментами встречали колонну Кубанского казачьего хора, казаков-военнослужащих 7-й гвардейской Краснознаменной ордена Кутузова 2-й степени десантно-штурмовой дивизии и 1537-го Краснознаменного Кубанского казачьего зенитного ракетного полка, а также казачьих подразделений из Сочи, Новороссийска, других городов Кубани, юных воспитанников кадетских корпусов и учащихся казачьих классов общеобразовательных школ. В параде участвовало более шести тысяч человек!
Я подошла к главной трибуне, чтобы еще раз взглянуть на иконы и регалии. Особенно запомнилась Жалованная Грамота Императрицы Екатерины II в бордовом переплете, закрепившая за казаками кубанские земли.
После парада я вновь вернулась в начало улицы Красной – в сквер к памятнику Екатерине II. Этот монумент 1907 года работы скульптора Михаила Микешина, разрушенный в 1920 году, возрожден известным кубанским скульптором Александром Аполлоновым в 2006-м. За красивой оградой с канделябрами на чугунных столбах и золоченными государственными гербами – многофигурная историческая композиция. На вершине постамента императрица в царской порфире со скипетром и державой – символами высшей государственной власти. Четко выделяется длинный свиток с полным текстом Жалованной Грамоты от 30 июня 1792 года, по которой казакам на вечное владение передавалась кубанская земля. И в 1793 году черноморские казаки так и назвали основанную ими крепость даром Екатерины – Екатеринодаром.
У подножия постамента слева – князь Потемкин-Таврический на фоне боевых знамен, наградных труб, литавр, булав и других войсковых знаков отличия казаков в сражениях. Справа – первый кошевой атаман Черноморского казачьего войска Сидор Белый, войсковой судья Антон Головатый и кошевой атаман Захарий Чепега, возглавивший переселение черноморцев на Кубань.
Символичными показались мне фигуры на противоположной стороне пьедестала – слепой кобзарь с юным поводырем. Может, нынешнюю постмайданную Украину, ослепшую от ненависти к России, кто-то выведет из этого мрака на новом витке истории…

Ольга СИГАЧЕВА.

"Седьмой грех". Премьера спектакля в Севастопольском театре им. А.В. Луначарского




Впечатление

Жизнь… и миг в блеске лезвия бритвы

Когда я рассказала о предпремьерном показе спектакля «Седьмой грех» (по пьесе А.В. Луначарского «Королевский брадобрей») театра имени А.В. Луначарского одной из приятельниц – любительниц классической драматургии, она сразу же вспомнила о том же «Королевском брадобрее»… полувековой давности. Ее, школьницу, на взрослый спектакль родители, понятно, не взяли, но она помнит их рассказ о спектакле, игре актеров классической театральной школы.
Нынешние зрители, с кем довелось побеседовать, вынесли из уютного зала аналогичные впечатления. Убедились в правоте заслуженных артистов Украины Николая Карпенко и Евгения Журавкина, которые до открытия занавеса в кратком интервью телевизионщикам подчеркнули, что нынешняя постановка – дань уважения тем давним традициям.
«Дядя Коля», как называют корифея севастопольской сцены молодые актеры, и Евгений Журавкин выступили и режиссерами спектакля – в классической трактовке. Новации, на мой взгляд, проявились в стремительном и динамичном развитии действия, а также в акцентировании внимания на личности главного героя – правителя условного феодального государства XV века короля Дагобера-Крюэля и мотивов его поступков – отсюда новое название постановки.
Можно пресытиться едой, стать равнодушным к деньгам и драгоценностям, если поток денег не иссякает, а сокровищница пополняется. И только власть – такая вещь, что чем больше ее имеешь, тем больше ее хочется, а хочется все больше и больше, и крепнет уверенность в том, что можно безнаказанно делать все, что хочется. «Всякая власть развращает; аб¬со¬лют¬ная власть раз¬враща¬ет аб¬со¬лют¬но», – констатировал бри¬тан¬ский ис¬торик и поли¬ти¬к лорд Ак¬тон в 1887 году, и эти слова актуальны на все времена.
Король Дагобер-Крюэль (Николай Карпенко) решает жениться на собственной дочери принцессе Бланке, требуя, чтобы их обвенчал «в соборе, при стечении народа» сам архиепископ – в пику как церковным канонам, так и общечеловеческой морали. Ответ на вопрос: «Закон ли есть властитель государя, иль государь творит закон?» для диктатора очевиден: «Добро, чего хотим мы, а зло все то, что нам мешает», и «горе тому, кто станет поперек пути, который воля сильного избрала». Но, скорее всего, экстравагантный поступок – не просто самодурство и повод в очередной раз убедиться во вседозволенности и безграничности своей власти в бренном мире, а отчаянная попытка на закате жизни бросить вызов самому Богу, наивно пытаясь отсрочить уход в небытие…
Но как быть с общественным мнением? Средневековье – это все же не толерантный XXI век. Пробным камнем становится беседа с начальником стражи Чаусером (Евгений Чернорай): согласен ли бравый шотландец претворить в жизнь, скажем, такой королевский приказ: «…мощи всех святых повынуть, суп из них сварить, и супом кормить собак, да кошек, да прелатов». Кошмарная причуда властелина изумляет даже видавшего виды за долгие годы службы придворного брадобрея и шута Аристида (Евгений Журавкин). Чаусер тоже поначалу ужасается запредельному кощунству, но… после обещания получить герцогство «с десятком замков, сотнею селений» (не реального дара, а всего лишь обещания!) и опасливого уточнения, что грех на душу всецело примет государь, решительно отвечает: «Тогда готов я!». Но пока король приказывает Чаусеру всего лишь арестовать несостоявшегося жениха Бланки графа Евстафия (Александр Аккуратов) и заточить его в крепость.
На верховном совете представители государственной элиты поначалу тоже возмущаются грядущим браком короля. Снисходительно выслушав негодующего Герцога (заслуженный артист Украины Юрий Корнишин), дипломатичного Канцлера (Алексей Красноженюк) и лукавого Архиепископа (заслуженный артист Украины Андрей Бронников), король с саркастической улыбкой предлагает им дилемму – два эдикта, один из которых фактически обрекает имущие классы на разорение и смерть, а второй сохраняет статус-кво прав и привилегий.
И от категорического неприятия («об исполнении желанья преступного не может быть и речи», «ужели церковь я унижу?.. рискну ль я, чтоб народ наш христианский меня каменьями побил?») высокое собрание безоговорочно дает добро на кощунственный брак. Да уж, неприкрытые шкурные интересы и продажность вкупе с собачьей преданностью к действующему монарху – неотъемлемые атрибуты правительственных элит. Независимо от того, какое на дворе тысячелетье.
Такое откровенное хамелеонство до глубины души изумляет только одного человека, скромно стоявшего в стороне во время бурной дискуссии – мэра столицы Сьера Этьена (заслуженный артист АР Крым Илья Спинов), единственного представителя народа. Он не может скрыть возмущения, переходящего в праведный гнев, и бесстрашно называет вещи своими именами: «Где я присутствовал, несчастный? Свершали ль пир грабители при мне, враги ли государства совещались?.. Внизу народ наивно полагает, что государь, пред Богом предстоя, о том лишь думает, чтобы народу жилось вольнее… Предо мною снял Король венец, украшенный крестом, и показал себя лишь атаманом надменной шайки!.. Вы, дворяне, девицу предали на поруганье распутному, безумному отцу, вы брата предали – за что же? – за наживу! Кинул Вам, словно псам, кусок, подачку тот, кто должен быть для всех заступником, и радостно, поспешно на все, на все вы согласились! Смотрите – отрясаю прах от ног и ухожу с совета нечестивых! Личины я сорву! Господь свидетель – ратуша ударит в свои колокола… И каждый ржавый меч блеснет вам молнией в руках народных!».
Увы… За отчаянный протест мэр сразу же поплатился жизнью.
А для народа хитроумный архиепископ придумал гениальный ход – подключил к формированию общественного мнения сестру Доротею (Ирина Демидкина) – монахиню-отшельницу с богатейшим воображением, незаурядным актерским талантом и редкой понятливостью – достаточно только намека, какое именно откровение она должна получить «с небес». И Доротея убеждает народ, что Бланка якобы не дочь короля. Куда до нее политтехнологам наших дней…
На мой взгляд, режиссеры предоставили актерам возможность в полной мере проявить талант и творческий подход. Все актеры убедительны в сценических образах, а Доротея и Бланка (ее роль исполняют две актрисы – Светлана Глинка и Наталья Романычева, каждая по-разному) к тому же восхитительны!
После отчаянной попытки бунта несчастная Бланка, вкусив зелье, приготовленное Аристидом, превращается в безвольную куклу.
Торжествующий король готовится к свадьбе. Портной (Владимир Крючков) облачает его в парадные одежды, а брадобрей Аристид подобострастно наклоняется к его лицу с наточенной бритвой в руке.
Но не зря говорят, что зло возвращается бумерангом. Карающей десницей нежданно-негаданно становится рука Аристида. Миг – и поверженный король падает к подножию трона. Придворный шут после долгих лет унижений решил стать властелином хоть на этот миг…
…Последний раз я была в главном городском театре в позапрошлом году, и спектакль «Комплимент от двух друзей» оставил противоречивые впечатления, о чем тогда и написала: «Весьма нежелательно, чтобы будущие творческие работы ограничились лишь мюзиклами и опереттами. Потому что не хотелось бы потерять академический драматический театр. Будучи реалистом с оптимистическим уклоном, я все же хочу верить, что драмтеатру с его традициями и золотым фондом – творческим потенциалом актеров – жить!».
К счастью, не ошиблась.

Ольга СИГАЧЕВА.

Святой адмирал Ушаков: курс в вечность

Ф Ф Ушаков икона



СВЯТОЙ АДМИРАЛ УШАКОВ:
КУРС В ВЕЧНОСТЬ

24 февраля нынешнего года исполняется 270 лет со дня рождения адмирала Федора Федоровича Ушакова.
Родился будущий флотоводец в 1745 году далеко от моря – в селе Бурнаково Романовского уезда Ярославской губернии (ныне это Рыбинский район Ярославской области) в обедневшей дворянской семье отставного сержанта лейб-гвардии Преображенского полка Федора Игнатьевича Ушакова.
В 16 лет Федор Ушаков поступил в Морской кадетский корпус, по окончании которого в 1766 году как один из лучших выпускников получил офицерский чин мичмана.
Службу начал на Балтийском флоте. А когда Российская империя взяла курс на вытеснение Турции из Северного Причерноморья с целью возвращения своих исконных земель после многовековой изоляции, молодой мичман Ушаков добился перевода в Донскую (будущую Азовскую) флотилию, формировавшуюся по инициативе императрицы Екатерины II на заброшенных петровских верфях Воронежской губернии.
Интересно, заметил ли руководитель Донской экспедиции контр-адмирал Алексей Наумович Сенявин на одной из этих верфей – Икорецкой – мичмана Федора Ушакова, который, приняв командование над своим первым кораблем – 44-пушечным прамом (плавучей артиллерийской батареей) № 5 (позже получившим имя «Троил»), не отставая в сноровке от мастеровых, с энтузиазмом трудился на его достройке. Затем, уже лейтенантом, командовал прамами «Гектор», «Дефеб» и «Курьер». И, наверное, вряд ли предполагал, что послужной список в 1773 году дополнится более крупным кораблем «Модон», на котором он будет отражать вторжение в Крым турецкого десанта близ Балаклавы.
В 1780 году за высочайшее искусство кораблевождения Ф.Ф. Ушакову доверили командовать личной яхтой императрицы. Однако придворная карьера его не прельстила, и он перешел на военный флот.
Послужной список одна за другой пополняли блистательные победы: у острова Фидониси (Змеиного) 14 июля 1788 г., у Керчи 8 июля 1790 г., у Тендры 28 августа 1790 г., у Калиакрии 31 июля 1791 г. В этих баталиях Ушаков не потерял ни одного корабля, и ни один из его подчиненных не попал в плен.
Небезынтересно, что сам флотоводец объяснял успехи не только своими воинскими талантами, но и… Божьей помощью. После сражения под Тендрой он так и написал в официальном приказе: «Выражаю мою наипризнательнейшую благодарность и рекомендую завтрашний день для принесения Всевышнему за столь счастливо дарованную победу…».
Даже императрица Екатерина II, зная, насколько глубоко Федор Федорович чтит православие, однажды вручила ему особую награду – золотой складень-крест с мощами святых угодников.
В 1798 году император Павел I назначил вице-адмирала Ф.Ф. Ушакова командующим российскими военно-морскими силами в Средиземном море. В этом походе Федор Федорович проявил себя как выдающийся дипломат и мудрый государственный деятель при создании греческой Республики Семи Островов под протекторатом России и Турции, а фактически – первого свободного христианского государства на Балканах. Показал образец организации взаимодействия армии и флота при овладении Ионическими островами и особенно – при дерзком штурме острова Корфу, считавшегося неприступной крепостью Средиземноморья.
Поход проходил на высочайшем духовном подъеме. На острове Занте адмирал Ушаков и русские моряки участвовали в благодарственном молебне у мощей чудотворца Дионисия. А на Корфу по инициативе флотоводца состоялся крестный ход, и Федор Федорович и офицеры несли раку с мощами святого Спиридона Тримифунтского.
В 1799 году Ф.Ф. Ушаков стал полным адмиралом. Однако, несмотря на огромные заслуги перед державой, по-видимому, стараниями временщиков у власти, , когда при дворе Александра I стали заявлять о большом флоте как об «обременительной роскоши», адмирал попал в опалу и вынужден был подать в отставку. К тому же серьезно ухудшилось здоровье.
Выбрав для жительства деревню Алексеевское близ Санаксарского монастыря, Федор Федорович, наверное, не раз вспоминал о бывшем настоятеле этой обители, о котором был наслышан с малых лет – родном дяде Феодоре Санаксарском, в миру Иване Игнатьевиче Ушакове, сменившем в свое время карьеру гвардейского офицера на служение Богу.
Федор Федорович тоже поддерживал Санаксарский монастырь «значительными благотворениями», часто приезжал сюда помолиться, а в Великий пост отстаивал службы вместе с монахами. По свидетельству иеромонаха Нафанаила, адмирал «окончил жизнь свою как следует истинному христианину» 2 октября 1817 г. и завещал похоронить себя возле дяди.
В 1991 г. был прославлен как местночтимый святой Саранской и Мордовской епархии Феодор Санаксарский, а 5 августа 2001 г. – Федор Федорович Ушаков. А затем Архиерейский собор Русской православной церкви канонизировал святого преподобного Феодора Санаксарского и святого праведного воина Феодора Ушакова для общецерковного почитания.
В акте канонизации, состоявшейся в Санаксарском монастыре Саранской епархии, участвовала и представительная делегация военных моряков, в том числе черноморцев во главе с командующим Владимиром Комоедовым. В интервью он поведал мне интересную историю:
«…Думаю, произошло то, что иерархи церкви трактуют как Божий промысел. На канонизации в Санаксарской обители в тот момент, когда мы, флотоводцы, готовились к выносу раки с мощами Ф.Ф. Ушакова в монастырский храм, раку предполагалось накрыть заранее приготовленным Андреевским флагом. Но… в последний момент полотнища почему-то не оказалось под рукой: кто-то из монашеской братии запамятовал, куда его положил. Искать было некогда и незачем, ибо мы привезли из Севастополя еще один Андреевский флаг с изображением герба Черноморского флота в качестве сувенира. Не символично ли, что именно этим флагом и накрыли раку… В тот миг у меня возникла идея доставить в Севастополь мощи великого флотоводца, чтобы он вернулся на ЧФ и во плоти (ибо душой пребывал с нами всегда), а также поставить в штабе икону. На семейном совете мы выделили средства на ее заказ».
И действительно в феврале 2002 г. адмирал Ушаков… вернулся в Севастополь. Без малейшего намека на мистику – частицей своих мощей.
Хорошо помню тот день, когда благая весть привела многочисленных сограждан на Центральный городской холм к штабу Черноморского флота. В просторном вестибюле штаба было тесно от почетных гостей церемонии праздничного молебна в честь освящения иконы святого Феодора Ушакова. На центральной площадке парадной лестницы колеблющееся пламя свечей казалось живым дыханием истории, исходящим от иконы с изображением адмирала в парадном мундире при всех регалиях, заслуженных выдающимися подвигами во славу флота и Отечества.
Проникновенный сосредоточенный взгляд флотоводца, казался устремленным в далекий 1785 год, когда Черноморский флот и будущий адмирал обрели друг друга. И вот теперь в штабе Черноморского флота священнослужители во главе с митрополитом Смоленским и Калининградским Кириллом (будущим патриархом) торжественно освящали икону Святого праведного воина Феодора.
Проникновенно прозвучала речь митрополита Кирилла:
«Я хочу от всего сердца поздравить вас с событием, имеющим огромное историческое значение. Когда народ помнит своих героев и не разрушает связь времен, а созидает, то в этой неразрывной связи формируется и закаливается любовь к Отечеству, народу, истории и культуре. На этом фундаменте созидается крепость духа воина, которая нужна ему не менее крепости брони и силы меча…
Святой праведный Феодор на этом самом месте созидал славу Черноморского флота, с этих берегов, отправляясь в ратные походы, утверждал славу возлюбленного для него Отечества и служил ему всеми силами своей души. Он был великим флотоводцем, не знавшим поражений, великим сыном и жертвенным защитником своего народа.
Прошли долгие столетия, и чудесным образом, который возможен только через церковь, праведный Феодор воин, великий адмирал Черноморского флота, возвратился в Севастополь. И не символически, а реально – частицей своего прославленного тела, своими мощами. Это значит, что вместе с ними будут присутствовать на черноморском рубеже его сила и дух, чтобы непоколебимым и непобежденным оставался дух черноморцев.
Пусть молитвами святого праведного Феодора воина и его заступничеством пред Богом надежно ограждаются рубежи России и Украины – того великого духовного и культурного пространства, которое мы именуем Святой Русью. И чтобы ее сыны и дочери жили в мире, дружбе, единомыслии, помогая друг другу в труде, а если необходимо, и в защите».
Затем митрополит Кирилл возглавил многолюдный крестный ход от штаба флота к расположенному неподалеку Владимирскому собору. Поистине святыми и исторически насыщенными стали минуты на пороге храма, когда под несмолкаемый торжественный звон колоколов митрополит Кирилл вручил мощи святого воина Феодора архиепископу Симферопольскому и Крымскому Лазарю, выразив пожелание, чтобы над этой священной реликвией «непрестанно теплилась живая и искренняя молитва о России и Украине, и о Черноморском флоте – великом наследии праведного флотоводца».
Как же актуальны эти пожелания в нынешние тяжелые времена. Да вразумит Господь постмайданную Украину молитвами наших общих небесных заступников…

Ольга СИГАЧЕВА.

Кисловодск: живительный нарзан, солнечный парк и... белая зависть

1


Кисловодск: живительный нарзан, солнечный парк и… белая зависть
(путевые заметки)


В тот день уходящей осени в Пятигорске с утра было сыро, холодно и ветрено, и вместо прогулки по городу я решила поехать в Кисловодск. В электричке кто-то из старожилов заметил, что некогда мягкий и благодатный климат Пятигорска изменился к худшему из-за уничтожения горы Кинжал, прикрывавшей город с севера. Эта гора высотой 506 м с вершиной, подобной лезвию кинжала, была уничтожена в конце 50-х годов прошлого века в результате промышленных разработок по добыче щебня.
Разговор невольно заставил задуматься о роли гор и других ландшафтных памятников в формировании устойчивого микроклимата местности. Чем не информация к размышлению о судьбе нашей Балаклавской долины с прилегающими к ней склонами горы Гасфорт, где в свое время титаническими усилиями экологов была остановлена разработка флюсовых известняков. Но окончательная точка все же не поставлена – судя по нынешней тяжбе «Ночных волков» с неким Новинским – тем самым, который рвался в Верховную Раду Украины, теряя на ходу подметки и российское гражданство, и занял освободившееся кресло токмо волею тогдашних властей Севастополя, а отнюдь не горожан, фактически проигнорировавших выборы. Нет сомнения, что новоиспеченному пану, по воле рока (точнее, давней неразберихи с юридической базой в целом и Земельным кадастром в частности) прихватизировавшему Балаклавское рудоуправление, глубоко безразличны потенциальные экологические беды, а волнует лишь сиюминутная прибыль – пока объект не отобрали…
Между тем электричка отсчитывала километры, и за станцией Белый Уголь за окном вагона по-летнему засияло солнце.
В Кисловодске в таком же ярком солнечном свете предстало старое здание вокзала (с буквой ять на фасаде).


2


И напротив еще одна жемчужина архитектуры. На узорчатых кованых воротах перед лестницей – красная табличка с двуглавым орлом и надписью: «Собственность Российской Федерации. Памятник архитектуры и культуры федерального значения «Комплекс курзала» 1895 г. Причинение вреда влечет административную и уголовную ответственность».


3


4


Сейчас в этом здании находится филармония. Ее афиши размещены не на фасаде, а на отдельном стенде.


5


А у нас не только умудрились облепить афишами всю боковую стену театра им. Луначарского, но и помнится, разместить прямо над главным входом рекламу… винзавода. «Подымем стаканы, содвинем их разом!
Да здравствуют музы, да здравствует разум!» – мог ли классик предугадать столь оригинальное воплощение в XXI веке своей «Вакхической песни»…
Бывший комплекс кисловодского курзала не стал исключением из правил. Во время прогулки я увидела и другие примечательные в архитектурном отношении здания, причем не только дореволюционной, но и советской эпохи. Например, Октябрьские ванны, построенные в 1928 году по проекту архитектора П.П. Еськова.


6


7


И ни один фасад не был обезображен ничем – ни рекламными плакатами, ни тем более перестройкой.


8


9


10


11


Опять же вспомнилось наше многострадальное Центральное городское кольцо. Неужели в нынешнем российском настоящем ситуация не изменится к лучшему?
А вот и знаменитая Нарзанная галерея с суточным дебитом до 1500 куб. м.


12


13


Примечательно, что еще в 1793 году ученый Петр Симон Паллас, хорошо известный и в Крыму, посетил и Кисловодскую долину, впервые детально исследовал источник нарзана и высоко оценил его целебные свойства.
Ныне в стенах галереи под мраморными сводами со скульптурной композицией в центре люди вкушают из бюветов живительный доломитный и сульфатный нарзан.


14


15


16


17


Можно приобрести его и в собственную посуду. Цена за литр смешная – не хватит на одну поездку в трамвае или маршрутке. Кто-то из отдыхающих перед отъездом домой наполнял пятилитровую емкость. Конечно, вода не испортится, только, думается, эффект будет все равно не тот, чем при питье непосредственно из бювета.
Нарзанная галерея – отправной пункт прогулки по замечательному парку площадью 948 га (говорят, это чуть меньше Ричмонд-парка в Великобритании).
Велик соблазн сфотографироваться у своеобразного зеленого календаря.


18


Ветви облетевших лиственных деревьев являли собой дивное кружево.


19


20


21


22


23


24


Вечнозеленых растений было, конечно, меньше, чем в парках Южного берега Крыма.


25


26


27


28


Но тисовые аллеи издали напоминали кипарисовые.


29


30


На всех, даже самых отдаленных аллеях царила идеальная чистота. Опять же вспомнился Севастополь с сизифовым трудом энтузиастов на авральных субботниках в парках. Так, может, чисто не там, где убирают, а там, где не сорят?
Достопримечательности парка предстают не в удручающем обрамлении уродливых ларьков и прилавков, от которых в Севастополе поистине спасу нет во всех местах отдыха, в том числе на Приморском бульваре. Это не значит, что сувенирную продукцию в Кисловодске не продают. Продают, в том числе и в парке, причем не привезенную из Китая и Турции, а собственного изготовления. Под открытым небом, без всяких строительных нагромождений. А вне парка – в магазинах с оригинальными витринами и привлекающими внимание названиями – например, «Фантазия серебра»…
Поэтому в каждом уголке парка глаз отдыхает. Вот павильон «Стеклянная струя» с цветными витражами и водяным каскадом, действительно похожим на непроницаемое стекло.


38


39


40


С тыльной стороны павильон вместе с деревьями эффектно отражается в Зеркальном пруду.


41


42


43


Буквально на каждом повороте изумляет красотой быстрая горная речка с красивыми ажурными мостиками.


31


32


33


34


35


36


37


Запомнился источник с иконой Николая Чудотворца.


44


В зеленый массив органично вписались различные скульптурные композиции: от веселых медвежат и гордого орла до вождя мирового пролетариата, увековеченного еще в 20-е годы прошлого столетия.


45


46


47


48


49


50


51


Замечательно вписался в один из уголков парка памятник Пушкину.


52


Но особенно запомнился памятник Лермонтову со словами классика:

Хотя я судьбой на заре моих дней
О южные горы, отторгнут от вас.
Чтоб вечно их помнить,
Там надо быть раз.
Как сладкую песню Отчизны моей,
Люблю я Кавказ!


54


56


Хочется повторить эти слова и в XXI веке и поблагодарить хозяев Кисловодска за любовь к истории своего края, бережное и заботливое отношение к его красотам и достопримечательностям – на радость гостям.
Неужели подобное невозможно и в нашем российском Севастополе?

Ольга СИГАЧЕВА.
Фото автора.

Из дальних странствий: эхо Крыма в далекой Маньчжурии

2 добро пожаловать


Эхо Крыма в далекой Маньчжурии
(путевые заметки)

В те мгновения, когда зеленый «Боинг» с аэродрома Читы взял курс на Москву, я вспомнила один из ярких эпизодов забайкальского путешествия – поездку в китайскую Маньчжурию.
Добраться туда можно и самолетом (аэропорт получил статус международного с 2009 года), и поездом, но читинцы предпочитают автомобильный транспорт, ведь расстояние – примерно как от Севастополя до Керчи.
Из окон нашего экскурсионного микроавтобуса мелькают сопки в ожерельях березок, сосен и кедров. Частые ухабы заставляют вспомнить поговорку о двух извечных и, увы, неискоренимых российских бедах… В крохотных поселках из деревянных домов, кажется, остановилось время, как, например, в «Кобзон-сити», как неофициально именуют свое поселение избиратели известного бессменного депутата Госдумы и большой эстрады. Серебрится на солнце извилистое русло Онона – в верховьях этой тысячекилометровой реки на северо-востоке Монголии, по преданию, родился Чингисхан.

1 река Онон

Знать бы, что скоро мы увидим его… в интерьере «Самовара» – одного из китайских ресторанов. Впрочем, машина времени в этом волшебном путешествии сработает не раз. Но не буду забегать вперед…
Даже не ожидала, что так быстро доедем до Забайкальска – последней пограничной станции. При проверке документов, к моему удивлению, выяснилось, что собственный загранпаспорт имеется и у самой юной нашей попутчицы – очаровательной Есении, которая, оказывается, получила этот документ… в три месяца, и к нынешним полутора годам уже не раз пересекала границу…

3 Сеня с паспортом

Маньчжурия, куда мы прибыли глубокой ночью, показалась ожившей восточной сказкой: в лучах прожекторов, переливающихся волнах многоцветных огней, затейливых узорах подсветки на рекламных щитах и восхитительных многоцветных ожерельях вывесок на фасадах зданий. Присмотревшись, мы увидели не только иероглифы, но и русские слова – причем вывесок на русском языке оказалось едва ли не больше.


5 ночная иллюминация


Ужинали в уютном гостеприимном ресторане «Марина».
Позже мы убедились, что рестораны и кафе Маньчжурии – поистине мечта гурманов. Разнообразных яств не перечесть: от китайских национальных до европейских. Порции настолько щедрые, что в одиночку не осилить, и, на удивление, недорогие. Изобилие невиданных морепродуктов, грибов, овощей в разных сочетаниях. В ресторане «Самовар» из этого диковинного экзотического ассорти и мяса каждый готовил себе блюдо прямо за столом – в так называемом самоваре. И получилось невероятно вкусно!


17 ресторан с самоваром


18 у самоваров


Кстати, китайские повара и официанты очень внимательны к юным посетителям. Взглянув на крошку Есению, сразу же интересовались, что предпочитает бэби. И тут же варили ей кашу или лапшу. Затем фотографировались на память.


19 у ресторана


Не менее интересной показалась нам Маньчжурия и днем, когда из кабины лифта с головокружительной высоты можно полюбоваться впечатляющей панорамой дальних окрестностей.


7 панорама из лифта


11 панорама местности


Не только на главных улицах респектабельного центра (называющихся по номерам – 1-я, 2-я, а всего их пять), но и на окраинах практически каждое здание –это оригинальный памятник архитектуры, воплотивший самые смелые фантазии зодчих – знатоков европейских и восточных стилей разных исторических эпох


4 гостиница


6 самое высокое здание


8 университет


9 теремок


10 здание


Даже у типовых многоэтажек фасады и торцы украшены рельефными композициями из птиц, цветов, героев популярных мультфильмов.
Зеленых насаждений в микрорайонах немного, каждое дерево на строгом учете, их берегут как зеницу ока, и в случае порчи насаждения ответственному лицу, говорят, не поздоровится. Вот бы нам такие вердикты! Ведь сколько деревьев в парке Победы уничтожено абсолютно безнаказанно – и под аквапарк, и под Бог весть кому нужный теперь украинский вуз, и просто под дома, проданные и перепроданные еще на стадии возведения расчетливыми дельцами, сумевшими отхватить в престижном месте квадратные метры общегородской земли…
Несмотря на обилие туристов, на улицах Манчьжурии идеальная чистота, которую поддерживает армия уборщиков, работающих с утра до ночи.
Движение транспорта одностороннее, и правила, в том числе остановки перед «зебрами» местные водители, мягко говоря, игнорируют – в отличие от приезжих, к которым стражи порядка строги и требовательны.
Даже не верилось, что всего два с лишним десятилетия назад Маньчжурия была неприметным городком с одноэтажными глинобитными домиками. Город разительно преобразился в 90-е годы прошлого века, когда стал крупным центром российско-китайской торговли (в настоящее время 60 процентов торгового оборота между Россией и Китаем проходит через Маньчжурию). Только за пять лет первых лет этого прорыва в строительство было инвестировано более 2 млрд. долларов – вдвое больше, чем за предыдущие полвека. Этот рывок – закономерный итог колоссального трудолюбия и неиссякаемой доброжелательности к потенциальным инвесторам – россиянам! Потому трудолюбивые китайцы и завоевали весь мир!
И поныне все первые этажи зданий занимают магазины, сориентированные исключительно на российского покупателя – с вывесками, нередко вызывающими улыбку: «Шуба Хороший парень», «Сумки Маша», и просто – «Витя», «Таня», «У Антона»… Кстати, обслуживала нас турфирма «Яша».


12 вывески


13  вывески


Даже блиц-шопинг развеял миф о низком качестве китайской продукции. Да, есть товары не самого лучшего качества – у уличных торговцев, на рынках и в точках с демпинговыми ценами. Но есть и фирменные торговые центры с качественной одеждой, обувью и другими вещами, цены на которые, как минимум, в три-четыре раза дешевле, чем в России. Рассчитываться можно как юанями, так и рублями.
Продавцы хорошо говорят по-русски, вежливы и доброжелательны, радушно угощают чаем из изящных миниатюрных пиал. Торг уместен – как правило, в пользу покупателя.
У витрины с игрушками продавец поинтересовался, откуда мы, и, услышав, что я из Севастополя, с гордостью продемонстрировал забавного медвежонка в матросской тельняшке и бескозырке с надписью «Черноморский флот».


14 матрос ЧФ


А в соседнем магазине на видном месте висели футболки с надписями «Ответили за Севастополь», «Крым с нами».


15 футболки


Выяснилось, что продавцы прекрасно осведомлены о Крыме и Севастополе, причем не только о славном историческом прошлом, но и о современных перипетиях. А вот с Украиной вышел конфуз: название незалежной державы им ни о чем не говорило. Как говорится, хотите – верьте, хотите – нет.
Кстати, в Маньчжурии успешно работает первый в Китае институт русского языка. А на постмайданной Украине его искореняют с энтузиазмом, достойным лучшего применения. Как выяснилось, это не только не прибавляет незалежной державе должного международного престижа – цивилизованный мир порой и не подозревает о самом ее существовании…
Наш маршрут выходного дня включал и экскурсии, каждая из которых оказалась по-своему интересна и поучительна.
На необозримом степном пространстве перед нами неожиданно возникло… стадо мамонтов и мамонтят.


20 мамонты


20 поле мамонтов


22 мамонты


Как выяснилось, реконструкция давнего исторического прошлого создана на месте археологических раскопок, где были найдены останки мамонтов. Сразу вспомнилась наша пещера на Чатырдаге Эмине-Баир-Хосар со скелетом мамонтенка в ее недрах. Неужели фирме «Оникс-тур», получающей стабильные и неплохие доходы от демонстрации сталактитовых пещер, не под силу соорудить подобную композицию на одной из своих обширных площадок?
Еще одно стадо мамонтов из бетона (тоже на месте былых раскопок) мы увидели и в другом микрорайоне близ новостроек, куда планируется переселить шахтеров закрывающихся нерентабельных шахт. Часть домов, впрочем, уже заселена.


23 новый микрорайон


24 новый микрорайон


Жители – и стар, и млад – с энтузиазмом осваивают спортивные тренажеры, прогуливаются по красивой площади с фонтаном и скульптурами – знаками Зодиака.


25 тренажеры


26 на прогулке


Кстати, ранним утром прямо на улицах перед офисами можно видеть служащих, увлеченно делающих утреннюю зарядку. Словно по команде из нашего советского прошлого – «На зарядку становись!».
Подумалось, что самым надежным фундаментом настоящего и будущего является именно историческая память.
Маньчжурия была заложена в 1901 году – в связи со строительством Харбинской железной дороги. В 1903 году здесь был выстроен русский собор. По сей день город ассоциируется с вальсом «На сопках Маньчжурии», созданным в память о войне, в которой погибли и русские, и китайские воины.
После революции 1917 года Маньчжурия стала прибежищем для эмигрантов, покинувших Россию. Не отсюда ли берет начало и любовь к русским именам и в XXI веке…
И гигантские матрешки на дорогах и в парках…


16 матрешка на шоссе


И здание тюрьмы начала прошлого века с нынешним статусом общественного музея…


27 тюрьма


28 тюрьма


Но самое сильное впечатление оставил сквер памяти героев Великой Отечественной войны.


29 вход в парк


34 в парке


В этом зеленом оазисе за невысокой каменной оградой с барельефами – гербом СССР и фигурами советских воинов – мы увидели ухоженные братские могилы с фамилиями на больших мраморных плитах.


30 братские могилы


31 братские могилы


К одной из них приложена небольшая каменная табличка: «Абдали Егизбаев. 1908-1945. Кызылорда – Казахстан. Сентябрь 2004 г. Сыновья».


32 плита братской могилы


В центре сквера – обелиск, похожий на тот, что возвышается в Севастополе на Сапун-горе. Здесь он увенчан красной звездой и надписью: «Вечная память героям, павшим в боях за честь и победу Советского Союза».


33 обелиск в центре парка


Поблизости – скульптурные группы советских солдат.


35 скульптуры


36 скульптуры


И еще одна – влюбленные на качелях. На руке девушки – георгиевская ленточка. Не бутафорская – настоящая.


37 скульптура с георгиевской ленточкой


…Во всем мире жива память о Великой Отечественной. И только полные недоумки тщетно пытаются вычеркнуть ее из истории…

Ольга СИГАЧЕВА.

Прочнее камня оказалось Имя. К 185-летию Л.Н. Толстого и 105-летию его почетного гражданства

Л Толстой в молодости


Прочнее камня оказалось Имя…

В нынешнем сентябре исполнилось 185 лет со дня рождения Л.Н. Толстого. И еще одна памятная дата: 105 лет назад его именем открылась Книга почетных граждан Севастополя. Это звание севастопольская городская Дума решила присвоить Льву Николаевичу к его 80-летнему юбилею в 1908 году – в память о его боевых заслугах перед городом в годину испытаний.

По долгу патриота
А молодой артиллерийский офицер вряд ли, наверное, мог тогда предположить, что бастионы осажденного Севастополя выведут его к всероссийской и мировой литературной славе...
Впрочем, первоначально Лев Толстой всерьез мечтал о военной карьере, когда служил на Кавказе, а с началом Крымской кампании – в Южной армии генерала М. Горчакова, действовавшей на Дунае. Участвовал в штурме турецкой крепости Силистрия, других боевых походах, по итогам которых в сентябре 1854 года был произведен в подпоручики.
Разгоревшееся пламя Крымской войны неумолимо приближалось к южным границам Российской империи, ее главному морскому форпосту – Севастополю. Весть о высадке союзнических армий под Евпаторией застала Толстого в штабе армии в Кишиневе. С неослабным вниманием следивший за событиями, он всей душой рвался в эпицентр боевых действий. 18 октября 1854 года он пишет тетушке Ергольской: «Приезд курьера из Севастополя составляет эпоху в жизни». А брату Сергею – о стремлении непременно принять участие в обороне Севастополя – «для того, чтобы видеть эту войну», «а больше всего из патриотизма, который в то время сильно нашел на меня».
Получив добро на свой рапорт о переводе в действующую армию, Толстой 31 октября 1854 года незамедлительно выехал в Крым. Из небольшой почтовой повозки он видел, как в тыл тянулись бесконечные толпы пленных врагов и телеги с ранеными русскими солдатами и матросами, а навстречу шли новые войска и вереницы обозов. На остановках Толстой жадно слушал рассказы о боях, и еще в дороге 2 ноября записал в дневнике: «Велика моральная сила русского народа. Много политических истин выйдет наружу и разовьется в нынешние трудные для России минуты», – вряд ли предполагая, насколько пророческими окажутся эти слова...

Этапы ратного пути
7 ноября 1854 года подпоручик Толстой прибыл в Севастополь, и через три дня был назначен младшим офицером в 3-ю легкую артиллерийскую батарею 14-й бригады. Это был период относительного затишья после первой бомбардировки, произошедшей 5 октября. Поскольку батарея была в резерве, Толстой воспользовался свободным временем, чтобы ознакомиться с городом и состоянием дел обороны. О многих героических поступках севастопольцев он слышал еще в дороге, но непосредственные впечатления превзошли все ожидания.
Хотя от неприятельского огня уже было изрешечено немало домов, город все еще сохранял красоту и величие. Лев Толстой успел обойти его улицы, пройти «между лабиринтами батарей» на бастионах, возведенных после высадки вражеского десанта в Крыму, побывать на 4-м бастионе, защищавшем центр.
Непосредственно в Севастополе Толстой находился до 15 ноября, затем его батарея была переведена в татарскую деревню Эски-Орда (ныне Лозовое). Но он при любой возможности старался побывать в Севастополе. Доверительные разговоры с руководителями и рядовыми защитниками в полной мере убедили его в том, что здесь решалась судьба Родины, и это было ясно каждому матросу и солдату. Потрясенный до глубины души, Толстой писал 20 ноября брату Сергею: «Дух в войсках свыше всякого описания. Во времена Древней Греции не было столько геройства… Корнилов, объезжая войска, вместо «Здорово, ребята!» говорил: «Нужно умереть, ребята. Умрете?», и войска кричали: «Умрем, Ваше превосходительство! Ура!». И это был не эффект, а на лице каждого было видно, что не шутя, а взаправду уже тысячи исполнили это обещание».
В январе 1855 года Льва Толстого перевели в такую же легкую батарею 11-й артиллерийской бригады, дислоцированной на реке Бельбек в 20 верстах от Севастополя. И вновь он пользовался любой возможностью, чтобы побывать в городе. Один из приездов совпал с массовой вылазкой русских войск под командованием генерала С.А. Хрулева в ночь на 11 марта 1855 года в целях прекращения подкопа, ведущегося неприятелем к Камчатскому люнету. Один из батальонов подошел к вражеской траншее. Ожесточенный двухчасовой рукопашный бой завершился победой севастопольцев. Следует отметить, что Лев Толстой принимал участие в этой вылазке добровольно…
28 марта, накануне передислокации батареи в Севастополь, приезд Толстого в город в качестве квартирьера совпал со временем второй бомбардировки, начатой еще до рассвета. Под грохот этой канонады он выезжал из Бельбекского лагеря, а в Севастополе увидел, как от взрывов содрогались дома, вдребезги разлетались оконные стекла, осколки разрывных снарядов свистели в воздухе. Бесновалась и стихия: гул штормящего моря сливался с шумом шквального ветра и непрекращающегося ливня.
1 апреля Толстой встречал свою батарею и хлопотал о ее размещении на левом фланге 4-го бастиона – Язоновском редуте – в трехстах шагах от передовой.
Несмотря на трудности и постоянный риск, он не потерял оптимизма: «Жизнь быстро вошла в обычную военную колею: хоронили убитых, отправляли раненых в госпиталь».
На этих позициях Толстой пробыл полтора месяца – до 15 мая. Затем получил новое назначение – командира отдельного артиллерийского горного взвода.
На исходе обороны, 4 августа 1855 года, ему довелось участвовать в самом кровопролитном сражении – Чернореченском. Наступление русских войск было подготовлено стратегически плохо. И во время боевых действий распоряжения отличались неопределенностью, вследствие чего на сложном рельефе местности отдельные воинские подразделения действовали несогласованно, не были задействованы и резервы. Это вылилось в огромные потери: свыше 10 тысяч солдат, более 200 офицеров и 11 генералов. По горячим следам событий Толстой написал остросатирическую песню:

Как четвертого числа
Нас нелегкая несла
Горы отбирать.
Гладко было на бумаге,
Да забыли про овраги,
А по ним шагать…
На Федюхины высоты
Нас пришло всего три роты,
А пошли полки…

Песня, разумеется, не понравилась в высших военных кругах, зато стала очень популярной у защитников Севастополя.
Бездарность вышестоящего командования не смогла повлиять на мужество и героизм тысяч рядовых солдат, доблесть которых отметил неприятель.
Сражение на Черной речке окончательно решило дальнейшую судьбу Севастополя. 27 августа начался последний штурм города. С падением Малахова кургана – главного бастиона Корабельной стороны – оборона была завершена. Князь Горчаков отдал приказ уцелевшим войскам отойти на Северную сторону по наплавному мосту через бухту.
Лев Толстой, прикрывая со своей батареей из пяти орудий эту переправу, покинул город в числе последних. Под неприятельским огнем 28 августа он встретил свой 27-й день рождения. Было не до радости: «Этот день для меня памятен и печален. Я плакал, видя город, объятый пламенем, и французские знамена на наших бастионах!..».
По итогам севастопольской эпопеи храбрый офицер был отмечен наградами. «За нахождение во время бомбардировки на Язоновском редуте 4-го бастиона, хладнокровие и распорядительность действий против неприятеля» удостоился ордена Святой Анны 4-й степени. «За отличие в сражении против турок, англичан и французов 4 августа 1855 г. при Черной речке», как говорилось в формулярном списке, был представлен к чину поручика, и получил его 26 марта 1856 года. Награжден был также серебряной медалью «За защиту Севастополя» и бронзовой медалью «В память войны 1853-1856 гг.».

«Военная карьера не моя…»
Находясь бок о бок с рядовыми защитниками, Толстой наблюдал и бездорожье, и безобразное снаряжение. Характерна одна из дневниковых записей: «Армия была вооружена кремневыми ружьями времен Петра I. Мы почти не имели паровых судов, было очень мало дальнобойных (штуцерных) ружей и совсем не было скорострельной артиллерии».
Еще до севастопольской эпопеи он с группой прогрессивных офицеров выработал устав общества просвещения нижних чинов, а для распространения военных знаний и поднятия боевого духа воинов предполагал издавать популярный журнал «Военный листок». Однако пробный номер, отправленный в Петербург на высочайшее рассмотрение, не получил добро Николая I.
Внес лепту молодой офицер и в дело реорганизации артиллерии, составив в январе 1855 года проект переформирования артиллерийских батарей, одобренный начальником севастопольского гарнизона Д.Е. Остен-Сакеном и отправленный в штаб Крымской армии.
В марте 1855 года Толстой начал работать и над более глобальным проектом о переформировании армии, предполагавшем улучшение материального и правового положения солдата, широкое внедрение в армии просвещения и образования, искоренение воровства и карьеризма.
Этот проект закончен не был. Предыдущий же проект петербургский генерал А.И. Философов вернул с таким вердиктом: «…в наше время молодых офицеров за подобное умничанье сажали на гауптвахту…».
Возможно, этот пренебрежительный отзыв стал известен Толстому 11 марта. Ведь именно в этот день он разочарованно пишет в дневнике: «Военная карьера не моя, и чем раньше я из нее выберусь, чтобы вполне предаться литературной, тем будет лучше…».

«Перо еще нужнее в дни войны»
«Перо еще нужнее в дни войны, когда вокруг страдания и стоны. Вы, сударь, правду рассказать должны о тех, кто гибнет там, на бастионах…» – согласно версии крымского поэта Анатолия Милявского, таким был итог недолгой беседы великого хирурга Н.И. Пирогова с будущим писателем.
Именно на 4-м бастионе весной 1855 года, когда на чудом уцелевших деревьях зазеленела листва, а из-под развалин робко пробилась к солнцу свежая трава, в периоды затишья между боями Лев Толстой написал первый рассказ – «Севастополь в декабре месяце». Он сумел воссоздать зримый облик осажденного города с толчеею на набережной, размеренным порядком на бастионах, и буднями, пронизанными ежедневным и ежечасным массовым мужеством и героизмом. Простыми, но удивительно берущими за душу словами Толстой повествует о душевном величии скромных русских солдат и матросов, верных защитников Родины, о великой нравственной силе народа – главного героя эпопеи.
Во втором рассказе «Севастополь в мае» мысль о противопоставлении истинного, лишенного официозного пафоса, героизма тщеславию и честолюбию штабных карьеристов получила дальнейшее развитие. Красной нитью проходит и тема осуждения войны как явления противоестественного, чуждого человеческому разуму.
Последним дням обороны посвящен рассказ «Севастополь в августе 1855 года». Несмотря на трагический финал, защитники города не чувствуют себя побежденными: «Почти каждый солдат, взглянув с Северной стороны на оставленный Севастополь, с невыразимою горечью в сердце вздыхал и грозился врагам». И самого писателя не покидало глубокое чувство убеждения, что уроки Севастополя даром не пройдут.
Рассказ был начат в сентябре в Крыму и закончен 27 декабря 1855 года в Петербурге. Под ним, напечатанном в январском номере «Современника» за 1856 год, он впервые поставил полную подпись: граф Л.Н. Толстой.
Несмотря на то, что первое издание «Севастопольских рассказов» было сильно искажено цензурой, широкому читателю стало ясно, что перед ним – самое правдивое и впечатляющее повествование о севастопольской эпопее.

В возрожденном Севастополе
А сам Лев Толстой окончательно определился в будущем призвании. Ведь столько, «сколько переузнавал, переиспытал, перечувствовал в этот год», ему хватило на всю жизнь. Достаточно сказать, что с дымящихся бастионов Севастополя была вынесена идея создания будущего романа «Война и мир»…
Все годы творчества Лев Николаевич не забывал о Севастополе. Но увидел город второй раз только в 1885 году, проездом, когда сопровождал в Симеиз князя Урусова – своего друга. Вместо дымящихся руин, запечатлевшихся в памяти, перед взором писателя предстал новый красивый город.
Третий и последний раз Лев Толстой побывал в Севастополе в сентябре 1901 года, проездом на Южный берег Крыма в Гаспру, в имение, любезно предоставленное семье писателя графиней С.В. Паниной. Севастопольцы помнили писателя и ждали его приезда, дежуря на вокзале несколько дней подряд.
На извозчике Толстые приехали с вокзала в центральную комфортабельную гостиницу Киста, где прожили около суток. Отдохнув с дороги, писатель пошел прогуляться по городу. Побережье Севастопольской бухты разительно преобразилось благодаря молодым посадкам Приморского бульвара. Спустившись к морю, Лев Николаевич увидел на стене мемориальную доску с надписью: «Начало плавучего моста через рейд в 1855 г.». Вновь нахлынули воспоминания…
А вот и Графская пристань, которая, помнится, была уничтожена в августе 1855 года от взрыва баржи с порохом. Сейчас Толстой увидел шесть пар белоснежных массивных колонн. На площади с веселым звоном разворачивался трамвай, следуя по Екатерининской...
На Екатерининской Лев Николаевич заинтересовался Музеем севастопольской обороны (ныне музей Краснознаменного Черноморского флота). В экспозиции нашел свой небольшой портрет. Приход не остался незамеченным: его попросили расписаться в Книге почетных посетителей.
Выйдя из музея, Лев Николаевич остановился у расположенного рядом небольшого храма Архистратига Михаила, служившего в 1854-1855 годах гарнизонной церковью. В списке воинских подразделений на фасаде нашел и свою 3-ю легкую батарею. А вечером много рассказывал родным о делах давно минувших дней…

Память и памятники
Первая мемориальная доска в память пребывания на 4-м бастионе Льва Толстого была открыта в 1910 году. К 100-летнему юбилею писателя на Историческом бульваре близ памятника воинам 4-го бастиона была установлена новая мемориальная плита с текстом: «В память годовщины со дня рождения Л.Н. Толстого, пребывающего здесь в Крымскую кампанию 1854-1855 гг. Поставлено Севастопольским горсоветом, РК и КД 10 сентября 1928 г.».
Эта плита не сохранилась. На ее месте в 1959 году была открыта гранитная стела с барельефом из белого мрамора и надписью: «Великому русскому писателю Л.Н. Толстому – участнику обороны Севастополя на 4-м бастионе 1854-1855 гг.». На первый взгляд, Толстой здесь совершенно неузнаваем. Но все верно: скульптор Г.Н. Денисов и резчик по камню И.И. Степанов изобразили молодого, 26-летнего подпоручика, каким знали его защитники Севастополя.
Отсюда хорошо просматривается и восстановленная передовая линия обороны: орудийные дворики с подлинными чугунными корабельными пушками, которые писатель видел в действии.
Имя Л.Н. Толстого присвоено центральной городской библиотеке. В ее фондах есть «Севастопольские рассказы» издания 1914 года. Если памятники из камня менялись, то книга осталась самым впечатляющим литературным памятником.

Точка, поставленная историей
Именем Л.Н. Толстого открылась Книга почетных граждан Севастополя. Это звание решила присвоить ему в 1908 году, к 80-летнему юбилею, городская Дума. Писателю была отправлена телеграмма:
«Гласные севастопольской городской думы, собравшиеся на экстренное заседание, избрали вас, стоявшего в рядах защитников Севастополя в 1855 году, почетным гражданином города. Этим городская дума желает воздать дань безграничного почтения и уважения великому писателю и гуманисту в день его 80-летней годовщины».
Но в то время решение местных властей нуждалось в утверждении свыше. К изумлению севастопольской и российской общественности, вердикт был… отрицательным. 9 марта 1909 года газета «Биржевые ведомости» сообщила, что «ходатайство города о присвоении звания почетного гражданина гор. Севастополя Л.Н. Толстого оставлено министерством внутренних дел без удовлетворения».
Неудивительно: ведь в те годы всемирно известный писатель был в оппозиции к властям, а значит – в опале.
Но какое дело до вердиктов временщиков всемогущей Истории…

Ольга СИГАЧЕВА.

К 90-летию поэта Э. Асадова Самый точный залп - дальний

Э Асадов


Самый точный залп – дальний

7 сентября 2013 года исполнилось 90 лет со дня рождения поэта Э.А. Асадова, чья военная биография была связана с Севастополем.
Вспомнилось знакомство с ним в 1994 году на Сапун-горе. Изумило, что человек в темных очках без посторонней помощи безошибочно сориентировался на многолюдной площадке близ здания диорамы, уверенно прошел к выставке военной техники, подошел к реактивной установке М-13 – легендарной «катюше» и стал слева от кабины грузовика. На мой вопрос пояснил: «Здесь полагалось находиться командиру во время боя».
Затем, во время обстоятельной беседы в гостинице «Украина» Эдуард Аркадьевич рассказал о том, как легендарные «катюши» уже в первых сражениях неожиданно открыли бойцам «странные законы баллистики». Если у обычных ствольных орудий вероятность поражения цели существенно снижалась с дальностью, то у «катюш», напротив, чем дальше оказывалась цель, тем меньшим было рассеивание снарядов и точнее – попадание.
Этот эпизод показался особо символичным. Может быть, и на многие проблемы нынешнего бытия есть смысл взглянуть взором героя минувшей войны? И увидеть из огненных сороковых в тумане сиюминутных проблем курс в достойное будущее нашего Отечества.
Но в те давние годы Эдуард Асадов, конечно, не мог предположить, что его фронтовой путь пройдет по трем будущим городам-героям – Ленинграду, Новороссийску и Севастополю, и самым памятным из них окажется Севастополь. Как в песне: «Веселья час и боль разлуки хочу делить с тобой всегда, давай пожмем друг другу руки – и в дальний путь, на долгие года…».
Почти сразу после выпускного вечера в 38-й московской школе выпускник-доброволец напевал эти слова под стук колес поезда, увозящего его на фронт. 4-й полк гвардейских минометов первого формирования, куда попал Асадов, был направлен под Харьков. Затем выделенный из полка 50-й отдельный артдивизион передислоцировался под Ленинград – в пору яростного наступления врага. Бои шли близ Шлиссельбурга, станции Мга, сел Вороново и Синявино. Гвардии младший сержант Асадов подсчитал, что на счету только его «катюши» за первую военную зиму оказалось 318 залпов, и каждый бил огненным дождем мощных снарядов.
Думал ли он в те минуты, что много лет спустя приедет сюда с творческой группой Центрального телевидения в качестве главного героя документального фильма «Эдуард Асадов: сражаюсь, верую, люблю». Ему расскажут, что в Синявино установлено триста гранитных плит – по числу довоенных домов, сметенных военным смерчем с лица земли. В том катаклизме чудом уцелел лишь журчащий внизу под горкой ручеек с обжигающе холодной водой, которую поэт будет пить из походной кружки, висящей рядом с медной мемориальной табличкой «В память о тех, кто здесь погиб».
Асадов тогда выжил. И зимой 1942-го был направлен в Омское офицерское училище, где с учетом фронтовых «университетов» курс наук спрессовали в полгода с ежедневными 18-ю часами занятий и тремя-четырьмя экзаменами в день на завершающем этапе. Адская гонка не исключала качества: даже единственная тройка на экзамене автоматически лишала курсанта офицерского звания. Успевая помогать еще двум «лбам» (сам погибай, а товарища выручай), Асадов сдал все предметы на «отлично», вскоре подтвердив оценки в боях на Северо-Кавказском фронте – при освобождении Новороссийска – будущего города-героя. «Только я не герой», – отшучивался поэт. Да, персонального «звездопада» тогда не было, да и думалось не о наградах, а о том, чтобы война неудержимо покатилась на Запад.
В сентябре 1943 года гвардии лейтенант Асадов в составе 30-й артминометной бригады 2-й гвардейской армии шел с боями по Украине, освобождая Запорожье, Мелитополь, Асканию-Нову, и далее – Крым, где давали залпы по Армянску более мощными 100-килограммовыми снарядами реактивных установок М-30, уже называемых не «катюшами», а «иванами грозными».
На Ишуньских позициях командующий артиллерией 2-й гвардейской армии генерал-майор Иван Семенович Стрельбицкий (по мнению бойцов, «истинный артиллерийский бог») особо отметил мастерство молодого комбата, и, вернувшись в штаб, уточнил фамилию по рации. В треске помех расслышал фамилию Асадов как Осадчий – так и запомнил. Вспомнил 4 мая 1944 года, когда в подробностях узнал о подвиге комбата. Долгие годы мечтал найти поэта, способного увековечить этот подвиг…
В тот день, накануне решающего штурма Сапун-горы основными силами 4-го Украинского фронта 2-я гвардейская армия осуществляла вспомогательный удар со стороны Мекензиевых гор. Вечером 3 мая батарею Асадова, дислоцированную в Бельбекской долине, разнесло после сильнейшего вражеского залпа. Уцелевшие снаряды комбат распорядился доставить на соседнюю батарею старшего лейтенанта Ульянова. Грузили трехтонный ЗИС-5 всю ночь, в путь двинулись на рассвете. Солнце померкло в огне и дыму обстрела, и Асадов пошел впереди машины, ориентируясь на дальний неясный силуэт Севастополя. Его-то и увидел в последний раз, когда перед глазами взметнулся столб огня…
Наскоро перевязанный водителем матросом Акуловым, комбат категорически приказал ему следовать по маршруту. В кабине, превозмогая боль, думал о том, проскочит ли машина наиболее опасный участок: сумеет ли водитель буквально на одном колесе объехать огромный камень вне зоны видимости врага или рискнет обойти его под шквальным огнем с противоположной стороны… Помнил он и прибытие на батарею, и радостные слова Ульянова: «Ну, Асадов, молодец…» (боеприпасы там были на исходе). А вот залпа уже не услышал: потерял сознание. Видимо, тогда товарищи подумали, что вряд ли комбат выживет. Он выжил. Позже в госпитале узнал, что именно этот залп ознаменовал наступление 2-й гвардейской армии на Севастополь.
История эта получила неожиданное продолжение в 60-е годы, когда глубокой ночью в квартире Асадова раздался телефонный звонок Ивана Семеновича Стрельбицкого. Он рассказал, что купил книгу стихов и понял, что нашел, наконец, достойного поэта: «…Так вот, уважаемый Эдуард Аркадьевич, хочу рассказать о вашем ровеснике – молодом офицере Осадчем, погибшем при освобождении Севастополя, я до сих пор помню о его подвиге». Поистине мир тесен: оказалось, что жили боевые друзья недалеко друг от друга, и через полчаса уже сидели рядом…
Жизнеутверждающая, пронизанная чистотой чувств и особой доверительностью, поэзия Асадова нашла отклик в сердцах миллионов читателей. Традицией стали творческие встречи. Одна из них, состоявшаяся в 1961 году во дворце культуры МГУ, подарила Эдуарду Асадову знакомство с актрисой Москонцерта Галиной Разумовской, тоже знавшей о войне не понаслышке: выступала во фронтовых концертных бригадах. С тех пор Эдуард Аркадьевич и Галина Валентиновна шли по жизни рука об руку. Вдвоем приезжали и в Севастополь.
Мы беседовали незадолго до торжеств, посвященных очередной дате освобождения Севастополя. «Но как тяжело перейти Рубикон, чтоб Именем стала фамилия», – цитировал Эдуард Аркадьевич Николая Доризо, подчеркивая, что именно 60-е годы дали целое созвездие имен людей, усвоивших уроки патриотизма в суровых испытаниях. Особо Эдуард Аркадьевич подчеркивал, что для представителей всех народов СССР не было выше судьбы единого Отечества. Вспоминал моряков разных национальностей, дружно кричавших в атаках под Ленинградом и Севастополем не «Ура!», а «Полундра!». Своего ленинградского командира полковника Николая Никитовича Лянь-Куня, отцом которого был китаец, матерью – еврейка, а сын был записан в паспорте русским. Да и сам Эдуард Асадов родился в Туркмении, рос в Свердловске, уходил на фронт из Москвы, бился с врагом не отдельно за Россию и Украину, а за единую Родину – по традиции, шедшей из глубины веков от запорожских казаков, которые, если вспомнить «Тараса Бульбу», считали за честь умереть за святую Русь. Не было выше судьбы, чем судьба Отечества, и для деда Эдуарда Асадова по матери – Ивана Калустовича Курдова, секретаря-переписчика Н. Чернышевского в Астрахани, революционного демократа…
И все время в гостиничном номере звонил телефон, и выяснялось, что поэта поздравляли с наступающим Днем Победы не только давние друзья, но и незнакомые люди. Узнавали Эдуарда Аркадьевича и во время шествия в колонне ветеранов, и удержать все протягиваемые букеты цветов им с Галиной Валентиновной не хватало рук. А слыша возгласы: «Ура Асадову!», «Спасибо, поэт, за наш Севастополь!», он радовался тому, что севастопольцы всех поколений чувствовали в нем родственную душу.
Эдуарда Аркадьевича Асадова не стало в год 60-летия его подвига – в 2004 году. Но память о нем жива. В центральной городской библиотеке имени Л.Н. Толстого бережно хранятся более тридцати книг с автографами поэта. Еще при жизни он успел передать сюда и «главную книгу жизни» – документальную повесть «У собственного сердца» о том, что сердцем сроднился с Севастополем. Это не метафора. В завещании Эдуард Аркадьевич просил захоронить его сердце на Сапун-горе.
И хотя это завещание не выполнено до буквы, сердце воина-патриота никогда не перестанет биться в унисон с Севастополем и всем Отечеством, в борьбу за которое он внес и свой победный залп...

Ольга СИГАЧЕВА.

Георгиевские ленточки в Севастополе: первая ласточка акции

Катя Левко и Олеся Кодаченко инициаторы акции


ГЕОРГИЕВСКИЕ ЛЕНТОЧКИ В СЕВАСТОПОЛЕ:
УТОЧНЕНИЕ О ПЕРВОЙ ЛАСТОЧКЕ АКЦИИ

Находясь вдали от Севастополя, я каждое утро в первую очередь открываю «Форпост» и внимательно читаю все новости. С интересом прочитала заметку о стартовавшей акции «Георгиевская ленточка».
Да, традиция защищать Отечество в годину испытаний уходит в глубь столетий. Не случайно именно Георгий Победоносец занял особое место в сонме наиболее почитаемых святых на Руси. Орден Георгия, учрежденный в 1769 году, являлся самой престижной в народе военной наградой, ибо вручался за исключительную личную храбрость и выдающиеся подвиги, совершенные воинами в непроницаемо черном пороховом дыму и ярком обжигающем пламени сражений. Поэтому и чередующиеся полосы орденской ленты – черные и оранжевые.
В 1855 году, во время Крымской (Восточной) войны, темляки «георгиевских» цветов появились на наградном офицерском оружии. Кавалером четырех солдатских «Георгиев» стал матрос Петр Маркович Кошка, увековеченный на полотне панорамы «Оборона Севастополя 1854-1855 гг.», а также в галерее бюстов героев обороны на здании панорамы и в памятнике-бюсте на Корабельной стороне – близ казарм, где жил.
В годы Великой Отечественной войны, в знак продолжения боевых традиций русской армии, 8 сентября 1943 года – 70 лет назад! – был учрежден орден Славы трех степеней, и его колодки были обтянуты гвардейской лентой – по сути, георгиевской – с традиционными цветами российской воинской доблести. Такой же лентой были обтянуты колодки медалей «За взятие Берлина», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» и других наградных медалей и знаков.
2 марта 1992 года Указом Президиума Верховного Совета РСФСР «О государственных наградах Российской Федерации» было принято решение о восстановлении российского военного ордена Святого Георгия и знака отличия «Георгиевский крест». В Указе Президента Российской Федерации от 2 марта 1994 года также подтверждено: «В системе государственных наград сохраняются военный орден Святого Георгия и Знак отличия – «Георгиевский Крест».
Этот небольшой экскурс, думается, подтверждает, что Севастополь достойно вписался в замечательную акцию всей своей историей.
Хочу уточнить лишь один момент. В заметке «Форпоста» говорится:

«В Севастополе с 2007 года инициатором проведения акции выступает организация «Севастопольский информационный центр развития туризма» (СИЦРТ)».

Причем читаю это уже не впервые, ибо и в прошлые годы, начиная с 2007-го, в различных СМИ говорилось, что СИЦРТ выступает ИНИЦИАТОРОМ проведения акции.
Это не так! С 2007 года СИЦРТ лишь подхватил инициативу.
А первые георгиевские ленточки появились в Севастополе годом раньше – весной 2006 года.
Именно тогда, весной, мне, в то время собственному корреспонденту газеты «Крымские известия», неожиданно позвонили коллеги из «Флага Родины» Евгения Щербакова и Дмитрий Макаров. И мы вместе поехали в Балаклаву на пресс-конференцию, организованную молодыми сотрудницами балаклавской яхтенной марины «Золотой символ» – директором по спецпроектам Олесей Кодаченко и арт-директором Екатериной Левко.
Тогда мы и увидели георгиевские ленточки, привезенные девушками из Москвы.
Именно их инициатива в 2006 году стала в Севастополе первой ласточкой эстафеты, стартовавшей в Москве в 2005 году – в канун празднования 60-летия Великой Победы. Тогда Олеся Кодаченко увидела в российской столице георгиевские ленточки, которые раздавали на улицах и площадях столицы всем желающим. Кто-то завязывал их бантом и, словно награду, прикреплял к одежде. Кто-то повязывал на руку, кто-то – на ручки сумок, рюкзаков, портфелей. Развевались ленточки и на антеннах автомобилей. Трогательно смотрелись на детских колясках. И, конечно же, стали непременным атрибутом массовых мероприятий – торжественных собраний, встреч молодежи с ветеранами в стенах школ и вузов, праздничных гуляний. И воспринимались людьми как символ уважения к славным боевым историческим традициям, беспримерному подвигу ветеранов Великой Отечественной войны.
Олеся рассказала нам, что, всерьез заинтересовавшись акцией, узнала об инициаторах: Российском информационном агентстве «Новости» и «Студенческой общине». Партнерами акции стали Комитет по делам семьи и молодежи правительства Москвы, крупные компании «Евросеть», «Интеррос», храм святой мученицы Татианы при Московском государственном университете… Акция триумфально прошла не только в Москве, но была с энтузиазмом продолжена в сотнях городов России, в странах СНГ, а также дальнего зарубежья – Германии, Ирландии, Канаде, Израиле, США...
Тогда Олеся и подумала: мыслимо ли городу-герою Севастополю оставаться в стороне?
И в следующем году стараниями Олеси Кодаченко и Кати Левко балаклавский «Золотой символ» стал первым официальным партнером международной патриотической акции в Крыму и на Украине.
Ленточек привезли тогда 15 тысяч. 9 мая 2006 года они появились на борту каждой яхты, швартовавшейся на причале «Золотого символа», были торжественно вручены ветеранам войны – балаклавцам. А в масштабах Севастополя, по решению организаторов, любой желающий мог прийти в «Золотой символ» и получить георгиевскую ленточку. Раздавали ленточки и желающим принять участие в ее распространении.
Я тогда написала, что эта акция, «без сомнения, займет достойное место в современной истории Севастополя».
«Хватит ли ленточек всем желающим – трудно сказать. В любом случае – начало положено.
–Мы надеемся, что севастопольцы с таким же энтузиазмом воспримут нашу идею, – уверены Олеся и Катя. – И в следующем году к акции подключатся новые энтузиасты. И ленточки навсегда станут символом Дня Победы и нашей памяти о ней».
Разумеется, ленточек, привезенных девушками из Москвы в 2006 году, не хватило всем желающим. В 2007 году, когда к акции подключился СИЦРТ и горсовет, ленточек стало на порядок больше. Но на пресс-конференции горсовета почему-то никто не обмолвился об инициаторах. Не вспомнили о них и в последующие годы.
А ведь инициатива тем и ценна, что шла непосредственно от молодежи, которая помнит и чтит славные героические традиции.
Поэтому цель моей заметки – расставить точки над «I». И показать истинных инициаторов.

Ольга СИГАЧЕВА.
Фото автора.

Взгляд из России: так много общего - особенно проблем...

Взгляд из России

ТАК МНОГО ОБЩЕГО – ОСОБЕННО ПРОБЛЕМ…

Как в капле воды можно увидеть море, так и в разных регионах суверенной России и незалежной Украины – общую созидательную историю нашего некогда единого Отечества и немало аналогичных, прямо-таки зеркальных реалий нынешнего бытия.
В Севастополе на побережье главной бухты памятный знак с надписью: «С пользой и во славу России» напоминает, что южный морской форпост со дня основания деятельно созидало все Отечество. В том числе и Воронежская область, где неспешно несут воды реки Хопер, Икорец, Дон.
В середине XX века в ходе раскопок участков побережья среди окаменевших кораллов и моллюсков меловых отложений (памяти о древнем море, плескавшемся здесь миллионы лет назад) был обнаружен чёлн из цельного ствола могучего дуба возраста около 4-х тысяч лет – чудо природы вкупе с мастерством безвестных кораблестроителей…
На исходе XVII века Петр I собственной персоной посещал Воронежский край для организации кораблестроительных работ. Вот как описан один из походов в романе «Петр Первый»:
«По мутному полноводному Дону плыли на полосатых парусах, наполненных теплым ветром… стали на якорь под меловым берегом… Корнелиус Крейс велел наловить черепах и сам сварил похлебку из них. Петр тоже велел наловить черепах и угостил бояр чудным блюдом, а когда поели, – Петр показал черепашьи головы… Много смеялись».
На новом витке истории с петровских верфей, возрожденных в конце XVIII века по инициативе Екатерины II, начался отсчет победных морских миль боевых кораблей с целью вытеснения Турции из Северного Причерноморья и возвращения исконных российских приморских земель после многовековой изоляции. Отсюда начался послужной список Федора Ушакова, получившего под командование первый корабль, и других будущих прославленных флотоводцев. В 1773 году – 240 лет назад! – на корабле «Модон» штурман Иван Батурин с целью поиска удобного места базирования боевых кораблей сделал первую рукописную картографическую съемку Ахтиарской (будущей Севастопольской) бухты и ее окрестностей. В апреле 1783 года по Манифесту Екатерины II Крым стал частью России, в мае 1783 года (тоже круглые даты!) корабли Азовской эскадры под флагом героя Чесмы вице-адмирала Федота Клокачева вошли в Ахтиарскую бухту и стали именоваться Черноморским флотом.
На одной из старинных верфей – Икорецкой – установлен адмиралтейский якорь.


1 Якорь на Икорецкой верфи


Искренне жаль, что об этих знаковых датах не было упомянуто даже вскользь в шквале вопросов, заданных Президенту России В. Путину в ходе его традиционного виртуального выхода в народ. Впрочем, может быть, такие вопросы и были, но остались за кадром. Ведь и так ясно, что у кормчих нынешних суверенных держав нет и тысячной доли государственной мудрости, каковой в полной мере обладала императрица, по праву удостоенная титула Великой. А при отсутствии государственной мудрости откуда взяться элементарной политической воле…
В целом, не скрою, удивил всё еще не угасший искренний интерес многих людей к пятичасовому телеэфиру. Как будто действительно надеялись получить аргументированные и исчерпывающие ответы на наболевшие вопросы бытия. Вот уж действительно нет предела долготерпению народа, и, видимо, генетически сильна вера в доброго царя, окруженного боярами – бездельниками и мздоимцами.
Остался за кадром животрепещущий вопрос: о будущей добыче никеля в Новохопёрском районе Воронежской области.
Никеля в здешних рудах не более 0,5 процента – кот наплакал. Месторождения будут выработаны за 25-30 лет, оставив после себя отравленную пустыню…
Обращение к главе государства сообщества географов Воронежского госуниверситета, которое я нашла в Интернете, – это квалифицированные аргументы специалистов.
Создание высокотоксичной промзоны уничтожит образовавшиеся веками уникальные чернозёмы с более чем 120-сантиметровым слоем. Поднятые из тысячеметровых глубин породы отравят токсичными тяжёлыми металлами не только территорию разработок, но и обширные площади плодороднейших земель, реки Азовского бассейна. Невосполнимый урон будет нанесен растениям и животным, а Хопёрский заповедник с одноименной рекой, признанной ЮНЕСКО самой чистой в Европе, вообще может быть уничтожен. Кубические километры пустот, которые неизбежно образуются после добычи руды, создадут угрозы устойчивости сооружений, вызовут опасность оползней.
Кто же заинтересован в добыче никеля? Некая коммерческая фирма и связанные с ней транснациональные корпорации, находящиеся далеко от Воронежа.


2 радетели никеля на воронежской земле (1)


Они нашли поддержку в коридорах местной власти – но не в народе, не желающем смертного приговора родному Черноземью. Глас народа – твердое категорическое «нет», высказываемое на митингах, сходах и других протестных акциях.
Не правда ли, ситуация, до боли знакомая и нам, когда над городом нависла зловещая тень угольного терминала пана Ахметова – «крестного отца» правящей Партии регионов. Глас народа тоже оказался диаметрально противоположным мнению властей предержащих – сговорчивых и толерантных, потворствующих и благоволящих – только не народу…
Бабло побеждает зло? Это я уже о другой Интернет-заметке: правительство Украины выдало западной компании «Шелл» лицензии на разработку первых месторождений сланцевого газа в Харьковской области. Но решит ли сланцевый газ проблемы нашей державы – бабушка надвое сказала.
«В одно и то же время в двух цивилизованных странах Запада происходят прямо противоположные вещи. США празднуют падение цен на газ, случившееся благодаря добыче сланцевого газа. Германия принимает закон, де-факто запрещающий такую добычу».
Две страны – два разных подхода. Почему?
«…в скважину, пробуренную в газосодержащей породе, под большим давлением на глубине закачивается смесь из воды, песка и химикатов. Газ идет на продажу, а вот куда девается смесь воды и химикатов? Ее откачивают из скважины обратно, чтобы... отправить на вечное хранение в другую скважину… Где гарантии того, что закачанные под землю химикаты не попадут в грунтовые воды?».
И если «американцы считают важнее зарабатывать здесь и сейчас, отложив страхи и беспокойства», то «немцы тоже любят дешевый газ, но еще больше они любят чистую воду из-под крана и не любят риск».
Вот и нам бы хоть капельку такого здравого смысла… Иначе вместо энергетической независимости получим экономические и экологические проблемы, о которых уже предупреждают ученые:
«Из-за высокой плотности населения в нашей стране (Украине – авт.) освоение месторождений сланцевого газа, имеющих низкую концентрацию и занимающих большие площади, будет ограниченным и поэтому малоэффективным».
Иными словами, как бы не получилось – себе дороже… Не говоря об экологических рисках.
И напоследок – о положительном опыте, весьма актуальном и для Севастополя – учитывая количество домашних братьев наших меньших на душу населения, когда места для отдыха порой превращаются в «минное поле» из собачьих экскрементов.
В Липецке установлены первые урны для сбора экскрементов собак – со специальными совочками.


3 собачий туалет в Липецке


Этот пока пилотный проект, у истоков которого стоят общественные экологические организации, призван приучить владельцев четвероногих питомцев убирать после них и оставлять чистую территорию.
Жаль, что надпись на урне сделана с орфографической ошибкой. Но ее легко исправить. Главное – чтобы проект воплотился в жизнь. И был подхвачен. Хорошо бы и в Севастополе…

Ольга СИГАЧЕВА.

Каменная летопись автора памятника Екатерине II - скульптора Станислава Чижа

chiz03


Как я уже сообщала в предыдущем материале, 230 лет назад, в апреле 1783 года, увидел свет Манифест Екатерины Второй о присоединении Крыма к России - первый шаг к основанию Севастополя - будущего южного военно-морского форпоста России. В 2008 году в ознаменование 225-летия Севастополя в торжественной обстановке был открыт памятник Екатерине Великой.
Моя сестра Людмила Бурахина сразу же поинтересовалась, кто автор памятника.
Спасибо, Люся, за вопрос. Автор - скульптор Станислав Александрович Чиж, который, к сожалению, скончался в мае 2008 года на 73-м году жизни и не дожил до установки памятника императрице считанные дни.
В 2007 году он был удостоен звания "Почетный гражданин Севастополя". Я присутствовала на том заседании общественной комиссии.

Кандидатуру скульптора Станислава Чижа представил Фонд культуры и истории имени писателя Геннадия Черкашина - уроженца Севастополя, а также объединенный русский культурно-исторический центр «Отечество», Союз творческой интеллигенции Севастополя, профессорско-преподавательский коллектив Межрегиональной академии управления персоналом, Балаклавский районный совет (от имени общественности Балаклавы) и другие.
Кто из севастопольцев не видел на побережье Южной бухты замечательный памятник «Мужеству, стойкости, верности комсомольской» – матроса, солдата и девушку-санинструктора, в едином порыве устремившихся навстречу врагу, чтобы защитить Севастополь в огненные сороковые. В начале 60-х годов XX века конкурс на лучший проект этого памятника неожиданно для многих маститых зодчих выиграл молодой скульптор Станислав Чиж, не столь давно отслуживший действительную срочную службу на Черноморском флоте. Более того, он представил на республиканский совет по монументальной скульптуре… тринадцать вариантов эскизных проектов, из которых и был выбран наилучший.


chiz01


Впрочем, победу можно считать закономерной, ведь еще в 1955 году, правда, не в Севастополе, начинающий скульптор удостоился на конкурсном проекте второй премии за скульптурный портрет Николая Островского.
С тех пор минуло более полувека. На протяжении этого времени в Севастополе не было другого скульптора, чье творчество так полноценно и целенаправленно было посвящено городу-герою, его героическому прошлому, настоящему, воспитанию гражданственности и духовной любви к нашей древней земле.
Высокохудожественный бюст адмиралу Ф.Ф. Ушакову стал визитной карточкой площади, носящей имя прославленного флотоводца. На Историческом бульваре фасад здания панорамы «Оборона Севастополя 1854 – 1855 годов» в 70-е годы был дополнен поясом из бюстов героев легендарной эпопеи, из которых Станислав Чиж увековечил матросов Петра Кошку и Игнатия Шевченко, генерала С. Хрулева и штабс-капитана А. Мельникова.
На Приморском бульваре у здания Института биологии Южных морей Станислав Чиж столь же впечатляюще воссоздал в мраморе и граните образ выдающегося ученого академика А.О. Ковалевского, а неподалеку, на побережье Артиллерийской бухты – памятный знак в честь эскадры Федота Клокачева, вошедшей в Ахтиарскую бухту 13 мая 1783 года.
В череде мемориальных обозначений на улице Героев Севастополя с 80-е годов особо выделяется памятник витязям черноморских глубин – героям-подводникам огненных сороковых.
Целый комплекс работ С. Чижа сложился на кладбище Коммунаров: памятники погибшим морякам учебного судна «Прут» и линкора «Новороссийск», борцам севастопольского подполья. Здесь же – памятники-бюсты командующим Черноморским флотом адмиралам Ф. Октябрьскому и С. Чурсину, вице-адмиралу И. Рудневу, контр-адмиралу З. Еремееву, профессору В. Водяницкому, Герою Социалистического Труда Н. Музыке, ректору Севастопольского Национального технического университета М. Лавриненко, писателю Г. Черкашину и мэру города-героя Б. Кучеру.
Станислав Чиж стал автором практически всех открытых в Севастополе мемориальных досок, в том числе военачальникам – генералам И. Петрову, И. Жилину, Н. Острякову, маршалу Р. Малиновскому, адмиралам Ф. Октябрьскому и И. Юмашеву, деятелям искусства – поэту Анне Ахматовой, композитору Борису Боголепову, художнику Владимиру Озерникову и другим.
Есть работы скульптора и в фондах Музея героической обороны и освобождения Севастополя, Севастопольского художественного музея имени М.П. Крошицкого.
Имя Станислава Чижа хорошо известно и в Крыму (достаточно вспомнить памятную доску художнику А. Куинджи в Алупке), в Херсоне и Киеве (интересно, кстати, уцелела ли в Историческом музее украинской столицы трехфигурная композиция 1957 года «Подарок Украине от Черноморского флота»?).
Есть работы севастопольского скульптора в ближнем и дальнем зарубежье: во Владивостоке – памятник Герою Советского Союза адмиралу флота Советского Союза Н.Г. Кузнецову, в Новороссийске – памятник-бюст дважды Герою Советского Союза адмиралу флота С.Г. Горшкову. На Новодевичьем кладбище Москвы и в тунисской Бизерте воплотилась в гранит память о командующем русской эскадрой контр-адмирале Е. Беренсе. В болгарской Варне установлен памятник подводникам лодки Щ-211.
Корифей, по праву удостоенный звания народного художника Украины, не почивал на лаврах. Его отличали взыскательность, тщательное изучение фактического материала и – гостеприимство, с каким он встречал любого посетителя в своей авторской мастерской, увлеченно рассказывал о новых задумках.
Меня, например, в свое время особо порадовал такой факт. Когда несколько лет назад командование Черноморского флота вышло с инициативой увековечения Екатерины II как основательницы Севастополя, именно Станислав Александрович Чиж первым с энтузиазмом взялся за проект будущего памятника. Помню, как видела в мастерской гипсовый макет: на постаменте (в виде исторической «екатерининской мили») императрица держит в руке документ в виде свитка – Указ об основании Севастополя. Сам же скульптор с гордостью говорил, что считает работу над этим памятником большой честью.

Ольга СИГАЧЕВА.